Фразы из преступления и наказания

Цитаты из книги «Преступление и наказание» Ф.М.Достоевского

Подборка хороших цитат из классического произведения Федора Михайловича Достоевского «Преступление и наказание»

Болезнь ли порождает самое преступление или само преступление, как-нибудь по особенной натуре своей, всегда сопровождается чем-то вроде болезни?

По прежнему обхватил он левою рукой голову больного, приподнял его и начал поить с чайной ложечки чаем, опять беспрерывно и особенно усердно подувая на ложку, как будто в этом процессе подувания и состоял самый главный и спасительный пункт выздоровления.

Головной убор, брат, самая первейшая вещь в костюме, своего рода рекомендация.

Ведь что тут всего обиднее? Ведь не то, что они врут; вранье всегда простить можно; вранье дело милое, потому, что к правде ведет. Нет, то досадно, что врут, да еще собственному вранью поклоняются.

Я ведь на что злюсь-то, понимаешь ты это? На рутину их дряхлую, пошлейшую, закорузлую злюсь…

Да ведь факты не все; по крайней мере, половина дела в том, как с фактами обращаться умеешь!

… я Митьку за волосы схватил, и повалил, и стал тузить, а Митька тоже, из-под меня, за волосы меня ухватил и стал тузить, а делали мы это не по злобе, а по всей то есть любви, играючи.

… всего больше заметишь и узнаешь, наблюдая молодые поколения…

Я люблю как поют под шарманку в холодный, темный и сырой осенний вечер, непременно в сырой, когда у всех прохожих бледно-зеленые и больные лица; или, еще лучше, когда снег мокрый падает, совсем прямо, без ветру, знаете? А сквозь него фонари с газом блистают…

Где-то я читал, как один приговоренный к смерти, за час до смерти говорит или думает, что если бы пришлось ему жить где-нибудь на высотке, на скале, и на такой узенькой площадке, чтобы только ноги можно было поставить, — а кругом будут пропасти, океан, вечный мрак, вечное уединение и вечная буря, — и оставаться так, стоя на аршине пространства, всю жизнь, тысячу лет, вечность, — то лучше так жить, чем сейчас умирать! Только бы жить, жить и жить! Как бы ни жить – только жить!

Подлец человек! И подлец тот, кто за это его подлецом называет.

Пусть я неблагодарен, пусть я низок, только отстаньте вы все, ради Бога, отстаньте! Отстаньте! Отстаньте!

Заведется у вас страданьице – вы с ним как курица с яйцом носитесь!

Сила, сила нужна! Без силы ничего не возьмешь; а силу надо добывать силой же…

Вранье есть единственная человеческая привилегия перед всеми организмами.

… хоть мы и врем, да довремся же наконец и до правды, потому что на благородной дороге стоим…

… она казалась моложе своих лет, что бывает почти всегда с женщинами, сохранившими ясность духа, свежесть впечатлений и честный, чистый жар сердца до старости. Скажем в скобках, что, сохранив все это есть единственное средство не потерять красоты своей…

… он ясно сознавал, что мечта, загоревшаяся в голове его, в высшей степени неосуществима, — до того неосуществима, что ему даже стало стыдно ее, и он поскорей перешел к другим, более насущным заботам и недоумениям…

… конечно, всех этих пакостей не закрасить и не загладить теперь никогда… а стало быть, и думать об этом нечего…

… все мы, и весьма часто, почти как помешанные, с маленькою только разницей, что «больные», несколько больше нашего помешаны…

… люди, по закону природы, разделяются вообще на два разряда: низший (обыкновенных), то есть, так сказать, на материал, служащий единственно для зарождения себе подобных, и собственно на людей, то есть имеющих дар или талант сказать в своей среде новое слово… Первый разряд всегда – господин настоящего, второй разряд – господин будущего. Первые сохраняют мир и приумножают его численно; вторые двигают мир и ведут его к цели. И те и другие имеют совершенно одинаковое право существовать.

Старушонка вздор! Старуха, пожалуй что, и ошибка, не в ней дело! Старуха была только болезнь… я переступить поскорее хотел… я не человека убил, я принцип убил! Принцип-то я убил, а переступить-то не переступил, на этой стороне остался. Только и сумел, что убить. Да и того не сумел, оказывается.

Нет, мне жизнь однажды дается, и никогда ее больше не будет; я не хочу дожидаться «всеобщего счастья». Я и сам хочу жить, а то лучше уж и не жить.

… у женщин случаи такие есть, когда очень и очень приятно быть оскорбленною, несмотря на все видимое негодование.

Я не тебе поклонился, я всему страданию человеческому поклонился!

Конечно, он понимал, что положение Сони есть явление случайное в обществе, хотя, к несчастию, не одинокое и не исключительное.

Да и что, скажите пожалуйста, что вы находите такого постыдного и презренного хоть бы в помойных ямах? Я первый, я готов вычистить какие хотите помойные ямы! Тут даже нет никакого самопожертвования! Тут просто работа, благородная, полезная обществу деятельность, которая стоит всякой другой, и уже гораздо выше, например, деятельности какого-нибудь Рафаэля или Пушкина, потому что полезнее!

«Благороднее», «великодушнее» — все это вздор, нелепости, старые предрассудочные слова, которые я отрицаю! Все, что полезно человечеству, то и благородно! Я понимаю только одно слово: полезное!

Может быть, тут всего более имела влияние та особенная гордость бедных, вследствие которой, при некоторых общественных обрядах, обязательных в нашем быту для всех и каждого, многие бедняки таращатся из последних сил и тратят последние сбереженные копейки, чтобы только быть «не хуже других» и чтобы «не осудили» их как-нибудь другие.

“Преступление и наказание”, Федор Михайлович Достоевский

Как бы ни была груба лесть, в ней непременно по крайней мере половина кажется правдою.

Истинно великие люди, мне кажется, должны ощущать на свете великую грусть.

Вранье всегда можно простить; вранье дело милое, потому что к правде ведёт.

Оба сидели рядом, грустные и убитые, как бы после бури выброшенные на пустой берег одни. Он смотрел на Соню и чувствовал, как много на нём было её любви, и странно, ему стало вдруг тяжело и больно, что его так любят.

Их воскресила любовь, сердце одного заключало бесконечные источники жизни для сердца другого.

Вранье есть единственная человеческая привилегия перед всеми организмами. Соврешь – до правды дойдешь!

Вот эдакая какая-нибудь глупость, какая-нибудь пошлейшая мелочь, весь замысел может испортить.

У всякого свои шаги.

Бедность не порок, это истина. Знаю я, что и пьянство не добродетель, и это тем паче. Но нищета, милостивый государь, нищета — порок-с. В бедности вы еще сохраняете свое благородство врожденных чувств, в нищете же никогда и никто.

Хлеб-соль вместе, а табачок врозь.

Скажите, пожалуйста, много ли таких людей, которые других-то резать право имеют?

Бывают иные встречи, совершенно даже с незнакомыми нам людьми, которыми мы начинаем интересоваться с первого взгляда, как-то вдруг, внезапно, прежде чем скажем слово.

Народ пьянствует, молодежь образованная от бездействия перегорает в несбыточных снах и грезах, уродуется в теориях; откуда-то жиды наехали, прячут деньги, а всё остальное развратничает.

О, низкие характеры! Они и любят, точно ненавидят.

Муки и слезы — ведь это тоже жизнь.

Нет, на родине лучше: тут, по крайней мере, во всем других винишь, а себя оправдываешь.

Изо ста кроликов никогда не составится лошадь, изо ста подозрений никогда не составится доказательства.

А когда сердцу девушки станет жаль, то, уж разумеется, это для нее опаснее всего. Тут уж непременно захочется и «спасти», и образумить, и воскресить, и призвать к более благородным целям, и возродить к новой жизни и деятельности.

Никогда не ручайтесь в делах, бывших между мужем и женой или любовником и любовницей. Тут есть всегда один уголок, который всегда всему свету остается неизвестен и который известен только им двум.

Во всем есть черта, за которую перейти опасно; ибо, раз переступив, воротиться назад невозможно.

Цитаты из «Преступления и наказания» Ф.М. Достоевского

. Федор Михайлович Достоевский . «Преступление и наказание» .

«О, низкие характеры! Они и любят, точно ненавидят…»

«… и дойдешь до такой черты, что не перешагнешь ее — несчастна будешь, а перешагнешь, — может, еще несчастнее будешь…»

«Впрочем, вот уж два года хочу все замок купить, — прибавил он небрежно. — Счастливые ведь люди, которым запирать нечего?»

«Как ты думаешь, не загладится ли одно, крошечное преступленьице тысячами добрых дел? За одну жизнь — тысячи жизней, спасенных от гниения и разложения. Одна смерть и сто жизней взамен — да ведь тут арифметика!» — (Раскольников)

«Не то что великие, но и чуть-чуть из колеи выходящие люди, то есть чуть-чуть даже способные сказать что-нибудь новенькое, должны, по природе своей, быть непременно преступниками, — более или менее, разумеется. Иначе трудно им выйти из колеи, а оставаться в колее они, конечно, не могут согласиться, опять-таки по природе своей, а по-моему, так даже и обязаны не соглашаться». — (Раскольников)

Нет ничего в мире труднее прямодушия и нет ничего легче лести.

Ко всему-то подлец-человек привыкает!

При неудаче все кажется глупо!

Человек он умный, но чтоб умно поступать — одного ума мало.

Страдания и боль всегда обязательны для широкого сознания и глубокого сердца.

.. всё в руках человека, и всё-то он мимо носу проносит, единственно от одной трусости. Любопытно, чего люди больше всего боятся? Нового шага, нового собственного слова они всего больше боятся. (Раскольников)

Вот эдакая какая-нибудь глупость, какая-нибудь пошлейшая мелочь, весь замысел может испортить. Мелочи, мелочи главное. Вот эти-то мелочи и губят всегда и всё. (Раскольников)

Это у злых и старых вдовиц бывает такая чистота. (Раскольников)

Бывают иные встречи, совершенно даже с незнакомыми нам людьми, которыми мы начинаем интересоваться с первого взгляда, как-то вдруг, внезапно, прежде чем скажем слово. (Автор)

. бедность не порок, это истина. Знаю я, что и пьянство не добродетель, и это тем паче. Но нищета, милостивый государь, нищета — порок-с. В бедности вы еще сохраняете свое благородство врожденных чувств, в нищете же никогда и никто. За нищету даже и не палкой выгоняют, а метлой выметают из компании человеческой, чтобы тем оскорбительнее было; и справедливо, ибо в нищете я первый сам готов оскорблять себя. (Мармеладов)

Да и наклонность к витиеватой речи [Мармеладов] приобрел, вероятно, вследствие привычки к частым кабачным разговорам с различными незнакомцами. Эта привычка обращается у иных пьющих в потребность, и преимущественно у тех из них, с которыми дома обходятся строго и которыми помыкают. Оттого-то в пьющей компании они и стараются всегда как будто выхлопотать себе оправдание, а если можно, то даже и уважение. (Автор о пьяном Мармеладове)

. сострадание в наше время даже наукой воспрещено и что так уже делается в Англии, где политическая экономия. (Мармеладов передает слова Лебезятникова)

В течение 20 лет, на разных этапах этого периода, были обнаружены математические расчеты А.С. Пушкина в «Сказке о царе Салтане. «, «Пиковая дама», «К. » (. я помню чудное мгновенье. ), «Бедный рыцарь». У Ф.М. Достоевского в романе «Идиот». В «Мертвых душах» Гоголя математических расчетов не обнаружено, но логические, цветовые, гороскопические ребусы, присутствуют.

Фёдор Михайлович Достоевский. Преступление и наказание

«Преступление и наказание» — высочайший образец криминального романа. В рамках жанра полицейского расследования писатель поставил вопросы, и по сей день не решенные. Кем должен быть человек: «тварью дрожащей», как говорит Раскольников, или «Наполеоном»? И это проблема уже XXI века. Написанный в 1866 году роман «Преступление и наказание» до сих пор остается самой читаемой в мире книгой и входит в большинство школьных программ по литературе.

. если общество устроить нормально, то разом и все преступления исчезнут, так как не для чего будет протестовать, и все в один миг станут праведными.

— . Кажется, и то верно, что возле него должна находиться женщина, — прибавила она в раздумье.
— Я этого не говорил, а впрочем, может быть, вы и в этом правы, только.
— Что?
— Ведь он никого не любит; может, и никогда не полюбит, — отрезал Разумихин.
— То есть не способен полюбить?

. угрюм, мрачен, надменен и горд; в последнее время (а может, гораздо прежде) мнителен и ипохондрик. Великодушен и добр. Чувств своих не любит высказывать и скорей жестокость сделает, чем словами выскажет сердце. Иногда, впрочем, вовсе не ипохондрик, а просто холоден и бесчувствен до бесчеловечия, право, точно в нем два противоположные характера поочередно сменяются. Ужасно иногда неразговорчив! Всё ему некогда, всё ему мешают, а сам лежит, ничего не делает. Не насмешлив, и не потому, чтоб остроты не хватало, а точно времени у него на такие пустяки не хватает. Не дослушивает, что говорят. Никогда не интересуется тем, чем все в данную минуту интересуются. Ужасно высоко себя ценит и, кажется, не без некоторого права на то.

Главные цитаты Достоевского

«Красота спасет мир», «Если Бога нет, то все позволено», «Тварь ли я дрожащая или право имею»: разбираем истории самых расхожих фраз писателя и героев его произведений

«Красота спасет мир»

«Правда, князь [Мышкин], что вы раз говорили, что мир спасет „кра­сота“? Господа, — закричал он [Ипполит] громко всем, — князь утвер­ждает, что мир спасет красота! А я утверждаю, что у него оттого такие игривые мысли, что он теперь влюблен. Господа, князь влюблен; давеча, только что он вошел, я в этом убедился. Не краснейте, князь, мне вас жалко станет. Какая красота спасет мир? Мне это Коля пере­сказал… Вы ревностный христианин? Коля говорит, вы сами себя называете христианином.
Князь рассматривал его внимательно и не ответил ему».

Фразу о красоте, которая спасет мир, произносит второстепенный персонаж — чахоточный юноша Ипполит. Он спрашивает, действительно ли так говорил князь Мышкин, и, не получив ответа, начинает развивать этот тезис. А вот главный герой романа в таких формулировках не рассуждает про красо­ту и только однажды уточняет про Настасью Филипповну, добра ли она: «Ах, кабы добра! Все было бы спасено!»

В контексте «Идиота» принято говорить в первую очередь о силе внутренней красоты — именно так толковать эту фразу предлагал сам писатель. Во время работы над романом он писал поэту и цензору Аполлону Майкову, что поста­вил себе целью создать идеальный образ «вполне прекрасного человека», имея в виду князя Мышкина. При этом в черновиках романа есть следующая за­пись: «Мир красотой спасется. Два образчика красоты», — после чего автор рассуж­дает о красоте Настасьи Филипповны. Для Достоевского поэтому важно оце­нить спасительную силу как внутренней, духовной красоты человека, так и его внешности. В сюжете «Идиота», однако, мы находим отрицательный ответ: красота Настасьи Филипповны, как и чистота князя Мышкина, не делает жизнь других персонажей лучше и не предотвращает трагедию.

Позже, в романе «Братья Карамазовы», герои снова заговорят о силе красоты. Брат Митя уже не сомневается в ее спасительной силе: он знает и чувствует, что красота способна сделать мир лучше. Но в его же понимании она обладает и разрушительной силой. А мучиться герой будет из-за того, что не понимает, где именно пролегла граница между добром и злом.

«Тварь ли я дрожащая или право имею»

«И не деньги, главное, нужны мне были, Соня, когда я убил; не столько деньги нужны были, как другое… Я это все теперь знаю… Пойми меня: может быть, тою же дорогой идя, я уже никогда более не повторил бы убийства. Мне другое надо было узнать, другое толкало меня под руки: мне надо было узнать тогда, и поскорей узнать, вошь ли я, как все, или человек? Смогу ли я переступить или не смогу! Осмелюсь ли нагнуться и взять или нет? Тварь ли я дрожащая или право имею…»

Впервые Раскольников заговаривает про «дрожащую тварь» после встречи с мещанином, который называет его «убивцем». Герой пугается и погружается в рассуждения о том, как бы на его месте отреагировал какой-нибудь «Напо­леон» — представитель высшего человеческого «разряда», который спокойно мо­жет пойти на преступление ради своей цели или прихоти: «Прав, прав „про­рок“, когда ставит где-нибудь поперек улицы хор-р-рошую батарею и дует в правого и виноватого, не удостоивая даже и объясниться! Повинуйся, дрожа­щая тварь, и — не желай, потому — не твое это дело. » Этот образ Раскольни­ков, скорее всего, позаимствовал из пушкинского стихо­творения «Подражания Корану», где вольно изложена 93-я сура:

Мужайся ж, презирай обман,
Стезею правды бодро следуй,
Люби сирот и мой Коран
Дрожащей твари проповедуй.

В оригинальном тексте суры адресатами проповеди должны стать не «твари», а люди, которым следует рассказывать о тех благах, которыми может одарить Аллах «Посему не притесняй сироту! И не гони просящего! И возвещай о милости своего Господа» (Коран 93:9–11). . Раскольников осознанно смешивает образ из «Подражаний Корану» и эпизоды из биографии Наполеона. Конечно, не пророк Магомет, а француз­ский полко­водец ставил «поперек улицы хорошую батарею». Так он подавил восстание роялистов в 1795 году. Для Раскольникова они оба великие люди, и каждый из них, по его мнению, имел право любыми способами достигать свои цели. Все, что делал Наполеон, мог претворить в жизнь Магомет и любой другой представитель высшего «разряда».

Последнее упоминание «дрожащей твари» в «Преступлении и наказании» — тот самый проклятый вопрос Раскольникова «Тварь ли я дрожащая или право имею…». Эту фразу он произносит в конце долгого объяснения с Соней Марме­ладовой, наконец не оправдываясь благородными порывами и тяжелыми об­стоя­тельствами, а прямо заявляя, что убил он для себя, чтобы понять, к какому «разряду» относится. Так заканчивается его последний моно­лог; через сотни и тысячи слов он наконец-то дошел до самой сути. Зна­чи­мость этой фразе при­дает не только хлесткая формулировка, но и то, что даль­ше про­исходит с героем. После этого Раскольников уже не произносит длин­ных ре­чей: Досто­ евский оставляет ему только короткие реплики. О внут­ренних пере­живаниях Раскольникова, которые в итоге приведут его с призна­нием на Сен­ную пло­щадь и в полицейский участок, читатели будут узнавать из объ­яснений автора. Сам же герой больше ни о чем не расскажет — ведь он уже задал глав­ный вопрос.

«Свету ли провалиться, или мне чаю не пить»

«…На деле мне надо, знаешь чего: чтоб вы провалились, вот чего! Мне надо спокойствия. Да я за то, чтоб меня не беспокоили, весь свет сейчас же за копейку продам. Свету ли провалиться, или вот мне чаю не пить? Я скажу, что свету провалиться, а чтоб мне чай всегда пить. Знала ль ты это, или нет? Ну, а я вот знаю, что я мерзавец, подлец, себялюбец, лен­тяй».

Это часть монолога безымянного героя «Записок из подполья», который он произносит пе­ред проституткой, неожиданно пришедшей к нему домой. Фраза про чай зву­чит в качестве доказате­льства ничтожности и эгоистичности подпольного человека. Эти слова имеют любопытный исторический контекст. Чай как ме­рило достатка впервые появ­ляется у Достоевского в «Бедных лю­дях». Вот как рассказывает о сво­ем материальном положении герой романа Макар Девушкин:

«А моя квартира стоит мне семь рублей ассигнациями, да стол пять целковых: вот двадцать четыре с полтиною, а прежде ровно тридцать платил, зато во многом себе отказывал; чай пивал не всегда, а теперь вот и на чай и на сахар выгадал. Оно, знаете ли, родная моя, чаю не пить как-то стыдно; здесь всё народ достаточный, так и стыдно».

Похожие переживания испытывал в юности и сам Достоевский. В 1839 году он писал из Петербурга отцу в деревню:

«Что же; не пив чаю, не умрешь с голода! Проживу как-нибудь! Лагерная жизнь каждого воспитанника военно-учебных заведений тре­бует по крайней мере 40 р. денег. В эту сумму я не включаю таких по­треб­ностей, как, например: иметь чай, сахар и проч. Это и без того необ­ходимо, и необходимо не из одного приличия, а из нужды. Когда вы мокнете в сырую погоду под дождем в полотняной палатке, или в та­кую погоду, придя с ученья усталый, озябший, без чаю можно забо­леть; что со мной случилось прошлого года на походе. Но все-таки я, уважая Вашу нужду, не буду пить чаю».

Чай в царской России был действительно дорогостоящим продуктом. Его везли напрямую из Китая по единственному сухопутному маршруту, и путь этот за­ни­­­­­­­­мал около года. Из-за расходов на транспортировку, а также огромных пош­лин чай в Центральной России стоил в несколько раз дороже, чем в Европе. Согласно «Ведомостям Санкт-Петербургской городской полиции», в 1845 году в магазине китайских чаев купца Пискарева цены на фунт (0,45 килограмма) продукта составляли от 5 до 6,5 рубля ассигнациями, а стоимость зеленого чая доходила до 50 рублей. В это же время за 6–7 рублей можно было купить фунт первосортной говядины. В 1850 году «Отечественные записки» писали, что го­до­вое потребление чая в России составляет 8 миллионов фунтов — правда, рас­считать, сколько приходится на одного человека, нельзя, так как этот товар был популярен в основном в городах и среди людей высшего сословия.

«Если Бога нет, то все позволено»

«…Он закончил утверждением, что для каждого частного лица, напри­мер как бы мы теперь, не верующего ни в Бога, ни в бессмертие свое, нравственный закон природы должен немедленно измениться в полную противоположность прежнему, религиозному, и что эгоизм даже до зло­­­действа не только должен быть дозволен человеку, но даже при­з­нан необходимым, самым разумным и чуть ли не благороднейшим исходом в его положении».

Самые важные слова у Достоевского обычно произносят не главные герои. Так, о теории разделения человечества на два разряда в «Преступ­ле­нии и нака­зании» первым говорит Порфирий Петрович, а уже потом Рас­коль­ни­ков; вопросом о спасительной силе красоты в «Идиоте» задается Иппо­лит, а род­ствен­ник Карамазовых Петр Александрович Миусов замечает, что Бог и обе­щанное им спасение — единственный гарант соблюдения людьми нравст­вен­ных законов. Миусов при этом ссылается на брата Ивана, и уже потом дру­гие персонажи обсуждают эту провокационную теорию, рассуждая о том, мог ли Карамазов ее выдумать. Брат Митя считает ее интересной, семинарист Раки­тин — подлой, кроткий Алеша — ложной. Но фразу «Если Бога нет, то все по­зво­лено» в романе никто не произносит. Эту «цитату» позже сконструируют из разных реплик литературные критики и читатели.

За пять лет до публикации «Братьев Карамазовых» Достоевский уже пытался фантазировать о том, что будет делать человечество без Бога. Герой романа «Подросток» (1875) Андрей Петрович Версилов утверждал, что явное доказате­льство отсутствия высшей силы и невозможности бессмертия, наоборот, заста­вит людей сильнее любить и ценить друг друга, потому что больше любить некого. Эта незаметно проскользнувшая реплика в следующем романе выраста­ет в тео­рию, а та, в свою очередь, — в испытание на практике. Измученный бого­борче­скими идеями брат Иван поступается нравственными законами и допускает убийство отца. Не выдержав последствий, он практически сходит с ума. Позво­лив себе все, Иван не перестает верить в Бога — его теория не рабо­тает, потому что даже сам себе он не смог ее доказать.

«Маша лежит на столе. Увижусь ли с Машей?»

«16 апреля. Маша лежит на столе. Увижусь ли с Машей?

Возлю­бить человека, как самого себя, по заповеди Христовой, — невоз­можно. Закон личности на земле связывает. Я препятствует. Один Христос мог, но Христос был вековечный от века идеал, к которому стре­­мится и по закону природы должен стремиться человек».

Маша, или Мария Дмитриевна, в девичестве Констант, а по первому мужу Исаева, — первая жена Достоевского. Они поженились в 1857 году в сибирском городе Кузнецке, а потом переехали в Центральную Россию. 15 апреля 1864 го­да Мария Дмитриевна умерла от чахотки. В последние годы супруги жили отдельно и мало общались. Мария Дмитриевна — во Владимире, а Федор Ми­хай­лович — в Петербурге. Он был поглощен изданием журналов, где среди про­чего публиковал тексты своей любовницы — начинающей писательницы Апол­линарии Сусловой. Болезнь и смерть супруги сильно поразили его. Спустя несколько часов после ее смерти Достоевский зафиксировал в записной книжке свои мысли о любви, браке и целях развития человечества. Вкратце суть их такова. Идеал, к которому нужно стремиться, — это Христос, единст­венный, кто смог пожертвовать собой ради других. Человек же эгоистичен и не спо­собен возлюбить ближнего своего как самого себя. И тем не менее рай на земле возможен: при должной духовной работе каждое новое поколение будет лучше предыдущего. Достигнув же высшей ступени развития, люди откажутся от бра­ков, потому что они противоречат идеалу Христа. Семейный союз — эгоисти­ческое обособление пары, а в мире, где люди готовы отказыва­ться от своих личных интересов ради других, это не нужно и невозможно. А кроме того, раз идеальное состояние человечества будет достигнуто лишь на последней стадии развития, можно будет перестать размножаться.

«Маша лежит на столе…» — интимная дневниковая запись, а не продуманный писательский манифест. Но именно в этом тексте намечены идеи, которые потом Достоевский будет развивать в своих романах. Эгоистичная привя­занность человека к своему «я» найдет отражение в индивидуалистиче­ской теории Раскольникова, а недостижимость идеала — в князе Мышкине, назы­вавшегося в черновиках «князь Христос», как пример самопо­жертвования и смирения.

«Константинополь — рано ли, поздно ли, должен быть наш»

«Допетровская Россия была деятельна и крепка, хотя и медленно слага­лась политически; она выработала себе единство и готовилась закре­пить свои окраины; про себя же понимала, что несет внутри себя драго­ценность, которой нет нигде больше, — православие, что она — храни­те­льница Христовой истины, но уже истинной истины, настоящего Хри­стова образа, затемнившегося во всех других верах и во всех других на­ро­дах. И не для захвата, не для насилия это единение, не для унич­тожения славянских личностей перед русским колоссом, а для того, чтоб их же воссоздать и поставить в надлежащее отношение к Европе и к человечеству, дать им, наконец, возможность успокоиться и отдох­нуть после их бесчисленных вековых страданий… Само собою и для этой же цели, Константинополь — рано ли, поздно ли, должен быть наш…»

В 1875–1876 годах российскую и иност­ранную прессу наводнили идеи о захвате Константинополя. В это время на территории Порты Оттоманская Порта, или Порта, — другое название Османской империи. одно за другим вспыхи­вали восстания славянских народов, которые турецкие власти жестоко подав­ляли. Дело шло к войне. Все ждали, что Россия выступит в за­щи­ту балканских государств: ей предсказывали победу, а Османской импе­рии — распад. И, ко­нечно, всех волновал вопрос о том, кому в этом случае доста­нется древняя византийская столица. Обсуждались разные варианты: что Константинополь станет международным городом, что его займут греки или что он будет частью Российской империи. Последний вариант совсем не устраивал Европу, зато очень нравился российским консер­ваторам, которые видели в этом в первую очередь политическую выгоду.

Вол­но­вали эти вопросы и Достоевского. Вступив в полемику, он сразу обвинил всех участников спора в неправоте. В «Дневнике писателя» с лета 1876 года и до вес­ны 1877-го он то и дело возвращается к Восточному вопросу. В отличие от кон­сер­ваторов, он считал, что Россия искренне хочет защитить единовер­цев, осво­бодить их от гнета мусульман и поэтому, как православная держава, имеет исключительное право на Константинополь. «Мы, Россия, действите­льно необ­ходимы и неминуемы и для всего восточного христианства, и для всей судьбы будущего православия на земле, для единения его», — пишет До­стоевский в «Дневнике» за март 1877 года. Писатель был убежден в особой хри­стианской миссии России. Еще раньше он развивал эту мысль в «Бесах». Один из героев этого романа, Шатов, был убежден, что русский народ — это народ-богоносец. Той же идее будет посвящена и знаменитая Пушкинская речь, опубликованная в «Дневнике писателя» в 1880 году.

Еще по теме:

  • Временное разрешение на проживание в москве В какую сумму может стать получение разрешения на РВП? В связи с существенным увеличением желающих получить РВП в России, все чаще задают вопрос «Сколько стоит получить РВП?». Однозначного ответа на этот вопрос нет, так как стоимость зависит от ряда причин. Рассмотрим стоимость всех […]
  • Решение задач закон ома участка цепи Примеры решения задач по теме «Закон Ома. Последовательное и параллельное соединения проводников» «Физика - 10 класс» При решении задач на применение закона Ома необходимо учитывать, что при последовательном соединении проводников сила тока во всех проводниках одинакова, а при […]
  • Среднеарифметическое правило Среднее арифметическое Определение. Среднее арифметическое нескольких величин — это отношение суммы величин к их количеству. Примером среднего арифметического служат такие показатели, как урожайность, производительность, посещаемость, скорость движения на определенном участке. Вычисление […]
  • Кто получает залог при продаже квартиры Задаток при покупке квартиры: важные моменты Итак, вы наконец-то нашли квартиру( дом, участок) вашей мечты, и теперь радостно планируете, как будете обживаться в новом жилье: что нужно достроить, а что переделать…Опуститесь ненадолго с небес на землю для решения нескольких срочных […]
  • Как оформить строительство загородного дома Разрешение на строительство индивидуального жилого дома Нужно ли разрешение на строительство индивидуального жилого дома? Перед тем, как обращаться за получением разрешения на строительство, вам необходимо понять требуется ли это в вашем случае. Во-первых, необходимо обратить внимание на […]
  • Копия страховки для визы Как выглядит страховой полис? Извините, что встреваю, но у меня при оформлении страховки для поездки в Испанию в "обычной длинной книжечке" было 2 экземпляра полиса с печатями и подписями. В визовый центр я представляла копию этого полиса. Страховая компания "Прогресс-Гарант". А вот у […]
  • Виза рф для граждан италии Виза в Россию для граждан Италии. Виза в Россию (РФ) для граждан Италии выдается в посольстве или консульстве РФ в стране проживания или в стране, в которой гражданин Италии имеет вид на жительство. Для получения российской визы иностранному гражданину необходимо предоставить в […]
  • Расторжение дду госпошлина Юридические услуги дольщику по расторжению договора долевого участия При расторжении договора долевого участия, дольщик имеет право на получение процентиов по ФЗ-214. Калькулятор процентов при расторжении договора долевого участия дольщиком – это компьютерная онлайн программа, […]