Закон о защите конкуренции судебная практика

Закон о защите конкуренции судебная практика

  • Автострахование
  • Жилищные споры
  • Земельные споры
  • Административное право
  • Участие в долевом строительстве
  • Семейные споры
  • Гражданское право, ГК РФ
  • Защита прав потребителей
  • Трудовые споры, пенсии
  • Главная
  • Обобщения судебной практики
  • Судебная практика по делам о защите конкуренции и административных правонарушениях в этой сфере

Утвержден
Президиумом Верховного Суда
Российской Федерации
16 марта 2016 г.

ОБЗОР
ПО ВОПРОСАМ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ, ВОЗНИКАЮЩИМ ПРИ РАССМОТРЕНИИ
ДЕЛ О ЗАЩИТЕ КОНКУРЕНЦИИ И ДЕЛ ОБ АДМИНИСТРАТИВНЫХ
ПРАВОНАРУШЕНИЯХ В УКАЗАННОЙ СФЕРЕ

В целях обеспечения единообразного подхода к разрешению судами общей юрисдикции и арбитражными судами дел, связанных с применением отдельных положений Федерального закона от 26 июля 2006 г. N 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее — Закон о защите конкуренции), а также дел об административных правонарушениях в области антимонопольного законодательства Верховным Судом Российской Федерации проведено обобщение вопросов, возникших у судов при рассмотрении соответствующих категорий дел за период с 2012 по 2015 г.

Как показали данные судебной статистики рассмотрения дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях, за период с 2012 по 2015 г. арбитражными судами первой инстанции рассмотрено 35 612 дел указанных категорий. Арбитражными судами апелляционной инстанции за указанный период рассмотрено 18 246 таких дел, арбитражными судами кассационной инстанции, образованными в соответствии с Федеральным конституционным законом «Об арбитражных судах в Российской Федерации», — 9926 дел, в Высшем Арбитражном Суде Российской Федерации, рассматривавшем до 6 августа 2014 г. дела в порядке надзора, и в Верховном Суде Российской Федерации, пересматривающем с 6 августа 2014 г. судебные акты в порядке кассационного производства — 86 дел.

Статистические данные по указанным категориям дел, разрешаемых в судах общей юрисдикции, содержат информацию только о количестве рассмотренных ими дел об административных правонарушениях, совершенных в сфере законодательства о защите конкуренции.

За период с 2014 по 2015 г. первой инстанцией судов общей юрисдикции рассмотрено 19 дел.

( Прим.: пункты Обзора вынесены в отдельные файлы):

6. Управляющая организация не занимает доминирующее положение на рынке оказания услуг по управлению многоквартирным домом

Обзор судебной практики по спорам о защите конкуренции

Галина Краснопольска

16 марта 2016 г. Верховный суд РФ разместил на своем сайте Обзор судебной практики по спорам о защите конкуренции, утвержденный Президиумом ВС РФ (далее также – Обзор).

Обзор содержит решения судов по некоторым делам об административных правонарушениях в сфере антимонопольного законодательства.

Верховный Суд Российской Федерации провел обобщение вопросов, возникших у судов при рассмотрении соответствующих категорий дел за период с 2012 по 2015 года, в целях обеспечения единообразного подхода к разрешению судами дел, связанных с применением отдельных положений Федерального закона от 26 июля 2006 г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее также – Закон о защите конкуренции), а также дел об административных правонарушениях в области антимонопольного законодательства.

В Обзоре рассмотрен, например, случай, когда антимонопольный орган запросил у общества необходимые ему документы, объяснения и информацию, а общество отказалось их представить. Общество сослалось на ст. 25 Закона о защите конкуренции, согласно которой требование антимонопольного органа должно быть мотивированно. По мнению общества, наличие в запросе общей формулировки со ссылкой на полномочия антимонопольного органа с указанием номера дела и положения Закона о защите конкуренции, которое могло быть нарушено хозяйствующим субъектом, является недостаточным.

За непредставление в антимонопольный орган запрашиваемых документов и информации общество было привлечено к административной ответственности, предусмотренной частью 5 ст. 19.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

По иску общества о признании незаконным постановления антимонопольного органа арбитражный суд отказал в его удовлетворении, указав на следующее:

Ст. 25 Закона о защите конкуренции не обязывает антимонопольный орган детально раскрывать в запросе цели и обстоятельства проводимых проверок, а также вопросы, возникшие при рассмотрении дел о нарушении антимонопольного законодательства. Мотивирование требования антимонопольного органа не означает, что перед лицом, которому направлен соответствующий запрос, должна быть раскрыта полная информация о существе дела, целях и задачах истребования документов. Объем запрашиваемых сведений, порядок и сроки их представления определяются антимонопольным органом в каждом конкретном случае в зависимости от предмета проверки и иных существенных обстоятельств.

Запрос, содержащий указание на объективную необходимость представления запрашиваемых документов и информации, на процессуальный повод истребования информации, нормативно-правовое основание и положение Закона о защите конкуренции, которое, по мнению антимонопольного органа, могло быть нарушено хозяйствующим субъектом, является мотивированным.

Запрашиваемые документы и информация должны быть относимы и взаимосвязаны с нарушением антимонопольного законодательства, в совершении которого подозревается общество.

Таким образом, суды сделали следующий вывод: запрос антимонопольного органа о представлении хозяйствующим субъектом необходимой информации, документов, объяснений по возбужденному в отношении него делу о нарушении антимонопольного законодательства признается мотивированным при указании в нем на процессуальный повод истребования информации, нормативно-правовое основание истребования информации и положение Закона о защите конкуренции, которое, по мнению антимонопольного органа, могло быть нарушено хозяйствующим субъектом.

Другим интересным выводом из судебной практики Обзора является установленный факт о том, что акт проверки, составленный антимонопольным органом, закрепляя результат ее проведения, сам по себе не порождает прав и обязанностей лица, поскольку не устанавливает факта нарушения антимонопольного законодательства, не содержит обязательного для исполнения требования, а лишь фиксирует признаки выявленных нарушений, в связи с чем не подлежит оспариванию в судебном порядке.

При обращении общества в арбитражный суд с целью оспаривания такого акта антимонопольного органа, суд прекращает производство по делу на основании пункта 1 части 1 ст. 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно положениям ст. 25.1 Закона о защите конкуренции в целях осуществления контроля за соблюдением антимонопольного законодательства антимонопольный орган вправе проводить плановые и внеплановые проверки коммерческих организаций.

Проверяемое лицо вправе представить в антимонопольный орган свои письменные возражения по содержанию составленного в результате проверки акта.

Таким образом, акт проверки, закрепляя результат ее проведения, лишь фиксирует факт выявленных нарушений, не содержит обязательного для исполнения требования, сам по себе не порождает прав и обязанностей проверяемого лица и, следовательно, не подлежит оспариванию в судебном порядке.

Также согласно Обзору суды пришли к выводу, что осуществление организацией деятельности с нарушением установленного порядка (например, в отсутствие лицензии) не препятствует признанию такой организации занимающей доминирующее положение на соответствующем товарном рынке.

Антимонопольный орган в рамках рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства пришел к выводу о наличии в действиях общества, занимающего доминирующее положение на товарном рынке оказания услуг по утилизации твердых бытовых отходов, нарушения пункта 3 части 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции, выразившегося в навязывании контрагентам невыгодных условий договора утилизации, а также выдал предписание о прекращении нарушения антимонопольного законодательства.

Общество, фактически осуществляя лицензируемую деятельность и являясь доминантом на указанном товарном рынке, злоупотребляло своим положением, оказывая негативное влияние на конкуренцию и нарушая права иных лиц (потребителей услуг), что явилось основанием для квалификации его действий по п. 3 части 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции.

Споры в сфере антимонопольного законодательства

В публикуемых в данном разделе обзорах обобщается арбитражная практика по делам, связанным с применением антимонопольного законодательства, т.е. норм Федерального закона от 26 июля 2006 г. № 135-ФЗ (далее – Закон о защите конкуренции) и соответствующих санкций, установленных Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП).

В обзор не вошли споры, напрямую не вытекающие из требований Закона о защите конкуренции (например, споры о соблюдении правил проведения торгов на размещение заказов для государственных и муниципальных нужд, установлении и применении тарифов субъектов естественных монополий и т.п.), а также споры, связанные с применением требований ст. 17.1 Закона о защите конкуренции о проведении торгов при приобретении государственного или муниципального имущества.

В обзорах отражаются решения, принятые Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (далее – ВАС РФ), а также Федеральным арбитражным судом Московского округа (далее – ФАС МО). Обзоры составляются на ежеквартальной основе. При этом в каждый из обзоров включаются решения, в случае с постановлениями ФАС МО – датированные, а в случае с постановлениями Президиума ВАС РФ – опубликованные, за соответствующий квартал.

Рубрикация обзоров произведена по, условно говоря, институтам антимонопольного права. Применительно к каждому из институтов сначала отражаются постановления Президиума ВАС РФ (при их наличии), а затем приводятся постановления ФАС МО в хронологическом порядке. В связи с особой (прецедентной) значимостью постановлений Президиума ВАС РФ их описание дается в более подробном виде, чем описание постановлений ФАС МО.

Автор будет благодарен за замечания и комментарии к обзорам, которые можно направлять по адресу [email protected]

Постановление Президиума ВАС РФ № 10083/12 от 26 февраля 2013 г. (с оговоркой о применении толкования к аналогичным делам) Президиум ВАС РФ частично удовлетворил заявление федерального государственного казенного учреждения «Управление вневедомственной охраны Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Свердловской области» (УВО) об отмене решений нижестоящих судов. Ранее УФАС по Свердловской области признал заявителя виновным в нарушении частей 1, 3 статьи 15 и статьи 16 Закона о защите конкуренции. По мнению антимонопольного органа УВО неправомерно наделило хозяйствующего субъекта (ФГУП «Охрана») функциями и правами вневедомственной охраны по обслуживанию и ремонту средств охранной сигнализации на объектах.

Постановление Президиума ВАС РФ № 11696/12 от 22 января 2013 г. (с оговоркой о применении толкования к аналогичным делам) Президиум ВАС РФ отменил решения нижестоящих судов об отказе в пересмотре нормативных актов Правительства РФ на соответствие Закону о защите конкуренции и направил дело на новой рассмотрение. Ранее суд первой инстанции сделал вывод об отсутствии оснований для проверки оспариваемого акта – Правил оптового рынка – на соответствие Закону о защите конкуренции ввиду того, что данный нормативный акт был утвержден постановлением Правительства РФ, а Правительство не является федеральным органом исполнительной власти, и в связи с этим его действия не подпадают под сферу действия Закона о защите конкуренции.

Постановление Пленума ВАС РФ от 8 октября 2012 г. № 58 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами Федерального закона «О рекламе». В пунктах 7 и 8 Постановления Пленум ВАС РФ разъяснил подход к разграничению состава недобросовестной конкуренции, предусмотренного статьей 14.33 КоАП РФ, и состава недобросовестной рекламы, установленного статьей 14.3 КоАП РФ. В частности, если ложные, неточные или искаженные сведения или иная информация, отвечающая признакам недобросовестной конкуренции, содержится в рекламе, то применению подлежит статья 14.3 КоАП РФ. Однако если такая информация распространялась не только посредством рекламы, но и другим способом (например, на этикетках товара, в переписке с контрагентами по договорам), то применению подлежит статья 14.33 КоАП РФ.

ОПРЕДЕЛЕНИЕ ГРАНИЦ ТОВАРНОГО РЫНКА. РЕЕСТР СУБЪЕКТОВ, ИМЕЮЩИХ ДОЛЮ БОЛЕЕ 35%. Постановление ФАС МО от 9 ноября 2012 г. по делу № А40-15520/12-120-145 Включение в Реестр было признано незаконным в связи с нарушениями при проведении антимонопольным органом анализа состояния конкуренции на рынке. В частности, оказываемые заявителем услуги подлежат отнесению к другому коду ОКВЭД, нежели тот, к которому они отнесены в аналитическом отчете ФАС. Также в результате ограниченного круга субъектов, предоставивших информацию, и отсутствия опроса потребителей за рамками аналитического отчета остались вопросы взаимозаменяемости отдельных видов услуг, количества субъектов, оказывающих данные услуги, и соответственно, их доли на товарном рынке.

ОПРЕДЕЛЕНИЕ ГРАНИЦ ТОВАРНОГО РЫНКА. РЕЕСТР СУБЪЕКТОВ, ИМЕЮЩИХ ДОЛЮ БОЛЕЕ 35%. Постановление ФАС МО от 10 августа 2012 г. по делу № А40-117541/11-139-1024 При определении границ рынка антимонопольный орган не обязан использовать все данные, перечисленные в Порядке анализа товарных рынков (Приказ № 220). Также при включении в Реестр не является обязательным давать оценку барьерам входа на рынок в соответствии с пунктом 1.3 Порядка анализа товарных рынков. Экспертное заключение, представленное в суд заявителем, не было принято в качестве допустимого доказательства, поскольку соответствующая экспертиза не была проведена с соблюдением требований процессуального закона.

ОПРЕДЕЛЕНИЕ ГРАНИЦ ТОВАРНОГО РЫНКА. РЕЕСТР СУБЪЕКТОВ, ИМЕЮЩИХ ДОЛЮ БОЛЕЕ 35%. Постановление ФАС МО от 17 апреля 2012 г. по делу № А40-58562/10-152-323, № А40-74660/10-119-413 По делу была назначена судебная экспертиза, которая подтвердила, что продуктовыми границами соответствующего рынка являются услуги по обработке грузов и почты, оказываемые в аэропортах, а географическими границами – аэропорты г. Москвы и Московской области. Поскольку доли хозяйствующих субъектов, входящих в одну группу лиц, в данных границах рынка превышали 35%, суд признал правомерным включение их в Реестр хозяйствующих субъектов, имеющих долю на рынке определенного товара более чем 35%.

ОПРЕДЕЛЕНИЕ ГРАНИЦ ТОВАРНОГО РЫНКА Постановление ФАС МО от 21 февраля 2012 г. по делу № А40-137583/10-144-894 Был признан незаконным приказ ФАС о включении обществ в составе группы лиц в реестр хозяйствующих субъектов, имеющих долю на рынке определенного товара более чем 35%, поскольку он был принят на основании аналитического отчета по результатам оценки состояния конкурентной среды на соответствующем товарном рынке, произведенной с недостатками. Такими недостатками были признаны следующие: ФАС не были получены и проанализированы аналитические отчеты ряда территориальных управлений, а также не обосновано применение при анализе рынка метода исследования по продавцам товара.

ОПРЕДЕЛЕНИЕ ГРАНИЦ ТОВАРНОГО РЫНКА. Постановление ФАС МО от 14 октября 2011 г. по делу № А40-150459/10-154-1014. При определении границ рынка ФАС правомерно основывалась на официальных статистических данных, сведениях, полученных от производителей патоки крахмальной и их потребителей на оптовом рынке, а также заключении Ассоциации российских производителей крахмалопаточной продукции. Количество выявленных хозяйствующих субъектов являлось достаточным для подтверждения гипотезы о доминирующем положении заявителя, так как объем товарного рынка был известен из статистических данных Росстата, а доля каждого из крупнейших производителей отражена в их ответах на запросы информации.

ОПРЕДЕЛЕНИЕ ГРАНИЦ ТОВАРНОГО РЫНКА. Постановление ФАС МО от 5 июля 2011 г. по делу № А40-159331/09-148-1045. Антимонопольным органом неверно определены географические границы рынка услуг по снабжению тепловой энергией. Данный рынок носит локальный характер и имеет границы, определяемые точкой ввода сетей на объект недвижимости, где находятся энергопринимающие устройства потребителя.

Судебная практика по антимонопольным спорам

В 2017 году суды рассмотрели множество споров, связанных с антимонопольным законодательством и закупками. Судьи разбирались с картелем, который объединил более 90 фирм, запрещали произвольный контроль антимонопольного органа за проведением корпоративных закупок, а также ограничивали обязанности Федеральной антимонопольной службы при организации торгов и установлении критериев определения победителей. Об этих и других антимонопольных спорах — в свежем обзоре судебной практики.

1. Самый крупный картель в истории России Более 90 компаний были признаны ФАС участниками картеля, целью которого было поддержание цен на торгах по закупке вещевого имущества. Начальная цена контракта составила более 3,5 млрд рублей, поэтому антимонопольщики оштрафовали участников суммарно на 606 млн рублей. Однако Верховый суд отменил большинство из этих штрафов.
Более 90 компаний были признаны ФАС участниками картеля, целью которого было поддержание цен на торгах по закупке вещевого имущества. Начальная цена контракта составила более 3,5 млрд рублей, поэтому антимонопольщики оштрафовали участников суммарно на 606 млн рублей. Однако Верховый суд отменил большинство из этих штрафов.

Суть спора

Федеральная антимонопольная служба России признала, что целых 90 хозяйствующих субъектов нарушили пункт 2 части 1 статьи 11 Федерального закона от 26.07.2006 г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции», что выразилось в заключении и реализации соглашения между ними, которое привело к поддержанию цен на торгах. Организации с обвинением в создании картеля не согласились и массово обратились в арбитражные суды с иском о признании решения ФАС России недействительным и отмене штрафов.

Решение суда

Суд первой инстанции решение ФАС оставил в силе. Поскольку в апелляцию обратились не все 90 организаций, а только их часть, суд второй инстанции не отменил решение ФАС в полном объеме, а вынес свое постановление только в отношении компаний, которые подавали апелляционные жалобы. Заявителей фактически вывели из членов картеля. Арбитры также напомнили о признаках ограничения конкуренции, перечисленных в пункте 17 статьи 4 Федерального закона от 26.07.2006г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции», в частности, в тексте постановления Девятого апелляционного арбитражного суда от 30 октября 2017 года по делу № А40-175855/16 сказано, что: Признаются картелем и запрещаются соглашения между хозяйствующими субъектами-конкурентами, то есть между хозяйствующими субъектами, осуществляющими продажу товаров на одном товарном рынке, если такие соглашения приводят или могут привести к повышению, снижению или поддержанию цен на торгах. Соглашение — договоренность в письменной форме, содержащаяся в документе или нескольких документах, а также договоренность в устной форме (пункт 18 статьи 4 Закона о защите конкуренции). Таким образом, соглашение является согласованным выражением воли двух или более участников. Согласованность выражения воли означает осведомленность каждого из участников о намерении каждого другого участника действовать определенным образом, и согласованность воли невозможна без намерения каждого из участников действовать сообразно с известными ему предполагаемыми действиями других участников.

Кроме того, арбитры указали на признаки согласованных действий хозяйствующих субъектов. К ним относятся:

  • действия, результат которых соответствует интересам каждого из указанных хозяйствующих субъектов;
  • действия, заранее известные каждому из участвующих лиц в связи с публичным заявлением одного из них о совершении таких действий;
  • действия каждого из указанных хозяйствующих субъектов, вызванные действиями других организаций участвующих в согласованных действиях, и не являются следствием обстоятельств.

К обстоятельствам, в частности, относится изменение регулируемых тарифов, изменение цен на сырье, используемое для производства товара, изменение цен на товар на мировых товарных рынках, существенное изменение спроса на товар в течение не менее чем один год или в течение срока существования соответствующего товарного рынка, если этот срок составляет менее чем один год .

В спорной ситуации арбитры не увидели со стороны ФАС достаточных доказательств наличия признаков картеля, а также согласованности действий компаний. Поэтому решение ФАС в отношении их и было отменено. Хотя арбитражные суды уже начали отменять вынесенные ФАС постановления о наложении административных штрафов, спор еще не закончен, поскольку ФАС собирается подать кассационную жалобу.

2. Высокая цена у монополиста является административным правонарушением Если организация, занимающая доминирующее положение на товарном рынке, устанавливает монопольно высокую цену на свои товары, она совершает административное правонарушение. Так решил Верховный суд РФ.

Суть спора

Ресурсопоставляющая организация обратилась в арбитражный суд с исковым заявлением к Управлению ФАС о признании недействительными решения органа о нарушении организацией антимонопольного законодательства и постановления об административном правонарушении, ответственность за которое предусмотрена статьей 14.31 КоАП РФ за злоупотребление доминирующим положением на товарном рынке. Означенное злоупотребление, по мнению ФАС, выразилось в том, что организация завышала цену на продукцию, с поставкой которой выступала монополистом.

Решение суда

Суды трех инстанций оставили требования организации без удовлетворения. С такими выводами арбитров в постановлении от 7 апреля 2016 г. N 302-АД15-17023 согласился верховный суд РФ.

Судьи отметили, что решением ФАС организация была признана занимающей доминирующее положение на товарном рынке оптовой реализации газового конденсата стабильного с долей 50%. Данный товар применяется в качестве котельного топлива и топлива газоконденсатного печного бытового котельного, и при его реализации организация нарушила пункт 1 части 1 статьи 10 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ «О защите конкуренции», поскольку установила на топливо монопольно высокую цену путем превышения сумм необходимых расходов на его производство и реализацию. ФАС выдала организации предписание об устранении выявленных нарушений и составила протокол об административном правонарушении по части 1 статьи 14.31 КоАП РФ с наказанием в виде штрафа в размере 650 тысяч рублей.

Арбитры напомнили, что в силу Закона о защите конкуренции запрещаются действия (бездействие) занимающего доминирующее положение хозяйствующего субъекта, результатом которых являются или могут являться недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других лиц, в том числе установление, поддержание монопольно высокой или монопольно низкой цены товара.

3. ФАС не должна произвольно контролировать корпоративные закупки Верховный суд указал, что в обязанности Федеральной антимонопольной службы не входит произвольный контроль за проведением корпоративных закупок. ФАС не может навязывать заказчику наиболее подходящую, по ее мнению, процедуру организации торгов и критерии определения победителей.

Суть спора

Организация-заказчик с государственным участием объявила конкурс на поиск подрядчика для строительства дороги в Сибири. В условиях закупки содержался целый ряд критериев, которым должна была соответствовать компания-победитель:

  • время от даты государственной регистрации бизнеса не менее 2 лет;
  • нельзя использовать субподряд;
  • необходимо иметь достаточное количество техники и штат работников для выполнения заказа;
  • необходимо иметь банковскую гарантию одного из выбранных организацией-заказчиком банков (17 кредитных организаций).

Одна из компаний, которая не соответствовала заявленным требованиям, но хотела предложить свои услуги, обратилась с жалобой в антимонопольную службу. В ФАС сочли, что такие условия незаконны, потому что ограничивают количество участников закупки. Организация-заказчик пошла отстаивать свои права в суд. Дело дошло до Верховного суда.

Решение суда

Суды трех инстанций поддержали позицию ФАС, но Верховный суд РФ пришел к противоположному выводу. В определении от 11 апреля 2017 г. по делу № А27-24989/2015 ВС РФ напомнил, что произвольный контроль антимонопольного органа за проведением корпоративных закупок не соответствует целям и задачам, возложенным на этот орган действующим законодательством. Судьи указали, что нормами статьи 3 Закона о закупках определено право участника закупки обжаловать в ФАС действия (бездействие) заказчика в случаях:

  • неразмещения в единой информационной системе положения о закупке, изменений, вносимых в указанное положение, информации о закупке, подлежащей в соответствии с настоящим Федеральным законом размещению в единой информационной системе, или нарушения сроков такого размещения;
  • предъявления к участникам закупки требования о представлении документов, не предусмотренных документацией о закупке;
  • осуществления заказчиками закупки товаров, работ, услуг в отсутствие утвержденного и размещенного в единой информационной системе положения о закупке и без применения положений Федерального закона от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд»;
  • неразмещения или размещения в единой информационной системе недостоверной информации о годовом объеме закупки, которую заказчики обязаны осуществить у субъектов малого и среднего предпринимательства.

Этот перечень оснований для обжалования действий (бездействий) заказчика в антимонопольный орган является исчерпывающим, поэтому требования статьи 18.1 Закона о защите конкуренции, предусматривающие обязательность рассмотрения жалобы органом ФАС, должны применяться с учетом указанной императивной нормы. В спорной ситуации в жалобе, поступившей в ФАС, не было ни одного из вышеперечисленных доводов.

4. В контракте должна быть указана фиксированная сумма неустойки Федеральная антимонопольная служба имеет право наказать организацию-заказчика за отсутствие в государственном контракте на подрядные работы фиксированной суммы неустойки за ненадлежащее исполнение подрядчиком обязательств по контракту. Так решил Верховный суд РФ.

Суть спора

Госкорпорация «Росатом» разместила на официальном сайте закупок извещение о проведении открытого конкурса с ограниченным участием на выполнение работы «Вывод из эксплуатации остановленных промышленных уранграфитовых реакторов федерального государственного унитарного предприятия «Производственное объединение «Маяк». После вскрытия конвертов с заявками на участие в конкурсе и открытия доступа к поданным в форме электронных документов заявкам оказалось, что подана всего одна заявка от участника закупки — проиизводственной организации. Эта заявка была признана соответствующей Закону о контрактной системе, а конкурс признан несостоявшимся.

Комиссия ФАС по контролю в сфере закупок согласовала с госкорпорацией возможность для заключения государственного контракта с единственным подрядчиком на условиях, предусмотренных конкурсной документацией. Но по результатам согласования обращения антимонопольный орган признал в действиях «Росатом» состав нарушения статьи 34 Закона о контрактной системе. Это нарушение состоит в том, что в условиях контракта не была предусмотрена фиксированная сумма неустойки за ненадлежащее исполнение подрядчиком обязательств по контракту. Госкорпорация сочла это нарушением своих прав и обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным решения Федеральной антимонопольной службы.

Решение суда

Суды трех инстанций отказали госкорпорации в удовлетворении заявленных требований. Верховный суд РФ в определении от 21 сентября 2015 г. N 305-КГ15-11035 подтвердил правильность выводов, сделанных судами, и не нашел оснований для рассмотрения кассационной жалобы. Судьи отметили, что требования статьи 34 Закона о контрактной системе, определяющие обязательность включения в контракт не только условия об ответственности заказчика и поставщика (подрядчика, исполнителя) за неисполнение или ненадлежащие исполнение обязательств, предусмотренных контрактом, но и закрепление размера штрафа в фиксированной сумме и порядка его определения, являются императивными нормами и не предполагают возможности изменения таких условий по своему усмотрению со ссылкой на определение размера штрафа в соответствии с постановлением Правительства РФ от 25.11.2013 N 1063. Кроме того, судьи указали, что полномочия ФАС по контролю за соблюдением антимонопольного законодательства, в частности, на возбуждение и рассмотрение дел о нарушениях антимонопольного законодательства, установлены положениями Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ «О защите конкуренции» и пунктом 5.3.10 Положения о Федеральной антимонопольной службе, утвержденного постановлением Правительства РФ от 30.06.2004 N 331.

Арбитражный суд Смоленской области

Обзор судебной практики по вопросам применения законодательства о защите конкуренции

Обзор судебной практики по вопросам применения законодательства о защите конкуренции

Требования к конкурсной документации.

1. Не допускается ограничение конкуренции путем включения в конкурсную документацию качественных и количественных характеристик работ, товаров и услуг, имеющих целевую направленность определения победителя конкурса.

Общество с ограниченной ответственностью (далее заявитель, Общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы (далее Управление) о признании недействительным решения управления, о незаконности документации об аукционе, разработанной муниципальным предприятием. Общество считает, что данная документация содержит технические характеристики троллейбусов, которые имеют целевую направленность в отношении определения победителя аукциона.
Рассматривая спор по существу, суд первой инстанции пришел к выводу о правомерности решения УФАС по области и в удовлетворении заявленных требований отказал.
Суд апелляционной инстанции согласился с таким выводом по следующим основаниям.
В соответствии с частями 2.1, 3 ст. 22 Закона №94-ФЗ не допускается включать в конкурсную документацию (в том числе и в форме требований к качеству, техническим характеристикам товара, работ, услуг, требований к функциональным характеристикам (потребительским свойствам) товара) требования к участнику размещения заказа (в том числе требования к квалификации участника размещения заказа, включая наличие у участника размещения заказа опыта работы), а также требования к его деловой репутации, требования о наличии у участника размещения заказа производственных мощностей, технологического оборудования, трудовых, финансовых и других ресурсов, необходимых для производства товара, поставка которого является предметом контракта, выполнения работ, оказания услуг, являющихся предметом контракта, за исключением случаев, если возможность установления таких требований к участнику размещения заказа предусмотрена настоящим Федеральным законом. Конкурсная документация не должна содержать указание на товарные знаки, знаки обслуживания, фирменные наименования, патенты, полезные модели, промышленные образцы, наименование места происхождения товара или наименование производителя, а также требования к товару, его производителю, информации, работам, услугам, если такие требования влекут за собой ограничение количества участников размещения заказа. Как установлено судом, в конкурсной документации (приложение №1) по лоту №2 содержатся требования к функциональным и качественным характеристикам поставляемой техники.
Частью 2 статьи 34 Закона обязанность конкретизации товара по его техническим характеристикам возложена на заказчика и уполномоченный орган. По техническим характеристикам заказчик выбирает необходимый ему товар для удовлетворения имеющихся потребностей. Хозяйственный оборот троллейбусов, отвечающих по своим характеристикам документации об аукционе, не ограничен. Любое лицо вправе предложить на продажу товар с нужными характеристиками.
Судом установлено, что выбор технических характеристик заказчиком сделан с учетом технического обслуживания транспортных средств в процессе их эксплуатации. Ремонтная база муниципального предприятия «Троллейбусно-трамвайное управление» позволяет осуществлять ремонт троллейбусов с колесной базой в 6,025 метра, что диктует необходимость применения характеристик транспортных средств со строго определенными параметрами или их эквивалентов, которые и представлены в приложении №1 к документации об аукционе.
Частью 3 статьи 34 указанного Закона предусмотрено, что эквивалентность товаров определяется в соответствии с требованиями и показателями, устанавливаемыми в соответствии с частью 2 настоящей статьи, в которой перечислены требования к качеству, техническим характеристикам товара, работ, услуг, безопасности, функциональным характеристикам (потребительским свойствам) товара, к размерам, упаковке, отгрузке товара, требования к результатам работ и иные показатели, связанные с определением соответствия поставляемого товара, выполняемых работ, оказываемых услуг потребностям заказчика.
С учетом изложенного, указание в технической части конкурсной документации слово «или эквивалент» подразумевал соответствие эквивалентных товаров по качеству, техническим и функциональным характеристикам и не может повлечь ограничения количества участников размещения заказа.
При таких обстоятельствах апелляционная инстанция посчитала, что суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что конкурсная документация соответствовала требованиям, установленным ст.22 Закона №94-ФЗ, в связи с чем признал правомерным решение антимонопольного органа.
(Постановление апелляционной инстанции от 09.02.2009 по делу А54-3435).

Действия доминирующего хозяйствующего субъекта, приводящие к ограничению конкуренции.

2. Для признания отказа уполномоченного органа выдать акт обследования маршрута хозяйствующему субъекту, не являющемуся победителем конкурса на транспортное обслуживание населения, действием, ограничивающим конкуренцию, необходимо доказать факт наступления негативных последствий, предусмотренных п.2 ч.1. ст.15 ФЗ «О защите конкуренции».

Управление городского хозяйства (далее заявитель) обратилось в Арбитражный суд с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы о признании недействительным его решения о незаконности отказа заявителя в выдаче индивидуальному предпринимателю копий актов обследования автобусного маршрута №41, а также отказе в согласовании графика движения (расписания) по данному маршруту, которые признаны нарушающими п.2 ч.1 ст.15 Федерального закона от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции» (необоснованное препятствование осуществлению деятельности хозяйствующими субъектами, в том числе путем установления не предусмотренных законодательством Российской Федерации требований к товарам или к хозяйствующим субъектам).
Решением Арбитражного суда заявленные требования удовлетворены, суд апелляционной инстанции не нашел законных оснований для отмены данного решения.
По итогам конкурса на заключение договоров на транспортное обслуживание населения по городским и муниципальным городским маршрутам регулярного сообщения транспортом общего пользования на территории муниципального образования, и данным, указанным в сведениях о маршруте № 41, были определены лица, с которыми уполномоченным органом заключены договоры на регулярное транспортное обслуживание населения. Положением «О порядке проведения конкурса среди юридических лиц и индивидуальных предпринимателей на заключение договоров на транспортное обслуживание населения по маршрутам регулярного сообщения и по муниципальным (городским) маршрутам регулярного сообщения транспортом общего пользования на территории муниципального образования» установлена обязанность заявителя, согласовывать победителю конкурса расписание движения маршрутов.
Подобное требование закреплено и п. 3.24 Положения об управлении городского хозяйства города, утвержденного постановлением городского головы города.
Поскольку ИП не является победителем конкурса на право заключения договора по маршруту № 41, то отказ в выдаче акта обследования маршрута не нарушил его права и законные интересы, Управление городского хозяйства города действовало в соответствии с действующим законодательством.
Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие) (ч. 5 ст. 200 АПК РФ). Таким образом, УФАС было обязано доказать, что действия Управления городского хозяйства города могли привести к тем негативным последствиям, которые указаны в п. 2 ч. 1 ст. 15 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции». Таких доказательств представлено не было.
В обоснование своей позиции УФАС ссылался на то, что согласование графиков движения по конкретному маршруту и выдача актов обследования маршрутов должны осуществляться по заявлению любого лица, обладающего соответствующей лицензией, дающей право выполнять перевозки пассажиров.
Апелляционная инстанция не согласилась с данным доводом апелляционной жалобы, поскольку отказ заявителя выдать акт обследования автобусного маршрута № 41 лицу, с которым не был заключен договор на транспортное обслуживание для регулярных перевозок пассажиров, и согласовать с ним график движения по данному маршруту не подтверждал факт совершения заявителем действий, указанных в п. 2 ч. 1 ст. 15 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», в связи с чем обжалуемое заявителем решение следовало правомерно признать незаконным.
Суд кассационной инстанции согласился с выводами нижестоящих судов и не нашел оснований для их отмены.
(Постановление апелляционной инстанции от по делу А23-3842/2008 от 24.03.2009).


3. Факт признания рекламы недостоверной сам по себе не доказывает нарушения прав конкурирующих субъектов.

Открытое акционерное общество (далее по тексту ОАО) обратилось в Арбитражный суд с иском к закрытому акционерному обществу (далее по тексту — ЗАО) и Московскому представительству общества с ограниченной ответственностью (далее по тексту МПООО) о публичном опровержении недостоверной рекламы путем наложения обязанностей ЗАО осуществить публичное опровержение недостоверной рекламы (контррекламу) путем размещения слогана «ХХХ НЕ всегда дешевле. Контрреклама» с использованием рекламных средств, на которых и посредством которых распространялась ненадлежащая реклама, в течение времени, равного периоду распространения последней.
Принятым по делу решением исковые требования ОАО оставлены без удовлетворения.
Вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения заявленного искового требования суд апелляционной инстанции посчитал законным и обоснованным в силу следующих статей закона «О рекламе».
Согласно пунктам 1, 4 ч. 3 ст. 5 Закона N 38-ФЗ недостоверной признается реклама, которая содержит не соответствующие действительности сведения, в том числе о преимуществах рекламируемого товара перед находящимися в обороте товарами, которые произведены другими изготовителями или реализуются другими продавцами; о стоимости или цене товара, порядке его оплаты, размере скидок, тарифов и других условиях приобретения товара.
Частью 1 ст. 5 Закона N 38-ФЗ установлено, что недобросовестная реклама и недостоверная реклама не допускаются.
В силу статьи 38 Федерального закона «О рекламе» лица, права и интересы которых нарушены в результате распространения ненадлежащей рекламы, вправе обращаться в установленном порядке в суд или арбитражный суд, в том числе с исками о возмещении убытков, включая упущенную выгоду, о возмещении вреда, причиненного здоровью физических лиц и (или) имуществу физических или юридических лиц, о компенсации морального вреда, о публичном опровержении недостоверной рекламы (контррекламе).
В данном же случае, как установил суд первой инстанции, в спорной рекламе не упоминается ни об иных определенных операторах сотовой связи, оказывающих аналогичные услуги, ни о конкретных юридических лицах, а также не содержится сравнения с ценовой политикой иного оператора связи. В этой связи суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что истцом не доказано, что размещение слогана «ХХХ всегда дешевле» в рекламе ответчика нарушает его права и интересы, и, следовательно, не доказано, что он является заинтересованным в деле лицом, так как ОАО никоим образом не идентифицировано в спорной рекламе.
При вышеуказанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для удовлетворения жалобы ОАО и отмены принятого законного и обоснованного решения.
(Постановление апелляционной инстанции от 02.04.2009 по делу А62-4839/2007, постановление апелляционной инстанции от 26.02.2009 по делу А62-6432/2008).

4. При оценке действий хозяйствующего субъекта по навязыванию невыгодных условий договора необходимо принимать во внимание не только соблюдение процедуры заключения договора, предусмотренных ГК, но и нормы антимонопольного законодательства.

Общество с ограниченной ответственностью (далее ООО, Общество) обратилось в Арбитражный суд с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы (далее Управление, УФАС) о признании недействительными решения и предписания Управления (Решением УФАС действия Общества по заключению с разными организациями договоров на неравных условиях были признаны нарушающими п.8 ч.1 ст.10 Федерального закона от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее Закон №135-ФЗ) — создание дискриминационных условий, а уклонение от изменения этих условий, как нарушение п.3 ч.1 ст.10 Закона №135-ФЗ — навязывание контрагенту условий договора, невыгодных для него).
Решением Арбитражного суда заявленные требования удовлетворены.
Суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены либо изменения обжалуемого судебного акта. Данные судебные акты были отменены постановлением кассационной инстанции.
Суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что публичный договор — вид гражданско-правового договора и это следует понимать как запрет устанавливать в отдельных договорах дискриминационные условия, то есть условия, которые ставят одного или нескольких потребителей в неравное положение по отношению к другим потребителям.
Между тем такое требование не означает, что условия договора для всех потребителей должны быть одинаковыми, то есть стандартными. Публичный договор является гражданско-правовым договором, в котором сторонами могут устанавливаться (согласовываться) разные условия в зависимости от конкретных обстоятельств, если в ГК РФ и иные законы включены диспозитивные нормы. Запрещена только дискриминация, то есть установление заведомо разных условий, в том числе благоприятных или неблагоприятных для отдельных участников договора. Именно так можно трактовать термин «одинаковые условия».
Таким образом, из анализа п. 2 ст. 426 ГК РФ следует запрет на изначальное установление поставщиком заведомо разных условий договоров для своих покупателей.
Стороны могут предусмотреть разные сроки платежа, разный порядок исполнения обязательств. Покупатель свободен в установлении своих прав и обязанностей на основе договора, определении не противоречащих законодательству условий.
Равенство положений одного хозяйствующего субъекта на рынке по отношению к положениям иных хозяйствующих субъектов на том же рынке заключается не в полном сходстве условий и обстоятельств приобретения товаров, а в том, что эти условия и обстоятельства не выходят за пределы допустимого для других лиц диапазона осуществления гражданских прав, не налагают ограничений и не являются необоснованными.
Заключение с одним покупателем договора на поставку газа, являющегося в соответствии с нормами гражданского законодательства публичным договором, на условиях, отличных от аналогичных договоров, заключенных с иными лицами, не свидетельствует о создании дискриминационных условий и соответствует отраженному в п. 1 ст. 421 ГК РФ принципу свободы договора.
Следовательно, в рассматриваемом случае отсутствует ущемление прав хозяйствующим субъектом на товарном рынке путем навязывания условий договора, следовательно, законодательство о конкуренции действиями Общества не нарушено.
Суд кассационной инстанции посчитал, что суды не учли следующего.
В ст.1 Гражданского кодекса РФ установлен запрет на ограничение гражданских прав и свободы перемещения товаров, кроме случаев, когда такое ограничение вводится федеральным законом (при этом к числу законов, вводящих соответствующие ограничения, относится и Закон №135-ФЗ).
Общество является хозяйствующим субъектом, занимающим доминирующее положение на товарном рынке, и на него распространяются требования ст.10 Закона №135-ФЗ.
В соответствии с п.4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2008 №30 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением арбитражными судами антимонопольного законодательства» для квалификации действий (бездействия) как злоупотребления доминирующим положением достаточно наличия (или угрозы наступления) любого из перечисленных последствий, а именно: недопущения, ограничения, устранения конкуренции или ущемления интересов других лиц. Кроме того, в этом пункте указано, что в отношении действий (бездействия), прямо поименованных в части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции, наличие или угроза наступления соответствующих последствий предполагается и не требует доказывания антимонопольным органом.
Таким образом, при оценке действий Общества по навязыванию невыгодных условий договора необходимо принимать во внимание не только соблюдение процедуры заключения договора, предусмотренной Гражданским кодексом РФ, но и нормы антимонопольного законодательства.
Согласно ч.4 ст.421 Гражданского кодекса РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).
Заключая договоры с разными потребителями на различных условиях, Общество действовало вне допустимых пределов осуществления гражданских прав, установленных ст.426 ГК РФ и ст.26 Федерального закона от 31.03.1999 №69-ФЗ «О газоснабжении в Российской Федерации» (далее Закон №69-ФЗ), а именно: ст.426 ГК РФ содержит требование, что условия публичного договора устанавливаются одинаковыми для всех потребителей; ст.26 Закона №69-ФЗ запрещает поставщикам газа включать в договоры условия, которые ставят одного потребителя в неравное положение по сравнению с другими потребителями.
Согласно п.8 ст.4 Закона №135-ФЗ дискриминационные условия — это условия доступа на товарный рынок, условия производства, обмена, потребления, приобретения, продажи, иной передачи товара, при котором один или несколько хозяйствующих субъектов поставлены в неравное положение с другим хозяйствующим субъектом или другими хозяйствующими субъектами.
Это определение не содержит указаний на то, что термин дискриминационные условия применяется только к конкурирующим между собой хозяйствующим субъектам.
Таким образом, термин дискриминационные условия применим к отношениям доминирующего хозяйствующего субъекта с любыми контрагентами, приобретающими у него один и тот же товар.
В пользу такого толкования говорит и статья 26 Закона №69-ФЗ, содержащая специальные антимонопольные правила, запрещающие включение в договоры условий, которые ставят одного потребителя в неравное положение по сравнению с другими потребителями вне зависимости от того, являются ли эти потребители конкурентами или нет.
Действия Общества, как доминирующего хозяйствующего субъекта, в результате которых его контрагент вынужден вступать в правоотношения (продолжать правоотношения) на невыгодных для себя условиях либо обращаться в соответствии со ст.11 ГК РФ в суд или административный орган с целью изменения этих правоотношений, свидетельствуют о навязывании невыгодных условий.
Таким образом, отказы Общества от изменения условий договоров поставки газа обоснованно квалифицированны УФАС как нарушение п.3 ч.1 ст.10 Закона №135-ФЗ.
(Постановление апелляционной инстанции от 8.06.2009 по делу А54-5481/2008, постановление кассационной инстанции от 5.10.2009 по делу А54-5481/2008).

Муниципальная помощь может предоставляться только в целях поддержки субъектов малого предпринимательства, осуществляющих приоритетные виды деятельности.


5. Муниципальная помощь может предоставляться для поддержки субъектов малого и среднего бизнеса, осуществляющих приоритетные виды деятельности без какого-либо ограничения по срокам их деятельности с момента государственной регистрации.

Городская Дума (далее Дума) обратилась в Арбитражный суд с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы (далее Управление) о признании недействительным решения Управления, согласно которому городская Дума нарушила ч.1 ст.15 ФЗ «О защите конкуренции», так как некоторые пункты муниципальной программы «Развитие и поддержка малого и среднего предпринимательства в муниципальном образовании» содержат нормы, которые приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции.
Решением суда первой инстанции в удовлетворении требований отказано. Статьей 14 данного Закона закреплены основные принципы поддержки субъектов малого и среднего предпринимательства, в частности, равный доступ субъектов малого и среднего предпринимательства, соответствующих критериям, предусмотренным федеральными программами развития субъектов малого и среднего предпринимательства, региональными программами развития субъектов малого и среднего предпринимательства, муниципальными программами развития субъектов малого и среднего предпринимательства, к участию в соответствующих программах и оказание поддержки с соблюдением требований, установленных Федеральным законом от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ «О защите конкуренции».
Пунктом 5.9 Программы установлено, что имущественную поддержку может получить только субъект малого и среднего предпринимательства, осуществляющий деятельность не более пяти лет с момента государственной регистрации и осуществляющий деятельность в приоритетных направлениях, указанных в п.5.5 Программы. В силу п.5.13 Программы финансовую поддержку может получить только субъект малого и среднего предпринимательства, осуществляющий деятельность в приоритетных направлениях, указанных в п.5.5 Программы, и не более десяти лет с момента государственной регистрации. Таким образом, помимо установления приоритетных видов деятельности, названные пункты также устанавливают дополнительные условия для получения имущественной поддержки в виде срока осуществления деятельности.
Согласно п.6 ч.1 ст. 19 Федерального закона от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ «О защите конкуренции» в соответствии с полномочиями органов местного самоуправления муниципальная помощь может предоставляться только в целях поддержки субъектов малого предпринимательства, осуществляющих приоритетные виды деятельности.
Поскольку федеральное законодательство ограничений для получения имущественной и финансовой поддержки субъектами малого и среднего предпринимательства, исходя из срока деятельности с момента государственной регистрации, не содержит, то включение такого условия в программу противоречит ст. 15 Закона, где содержится запрет на принятие органами местного самоуправления актов, которые приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции. С учетом изложенного п.п. 5.9, 5.13 Программы правомерно признаны Управлением не соответствующими антимонопольному законодательству. Пункты 5.8 и 5.12 Программы устанавливают единственный способ оказания имущественной и финансовой поддержки малому и среднему предпринимательству путем их предоставления на конкурсной основе. Статья 20 Закона предусматривает возможность получения муниципальной помощи с предварительного письменного согласия антимонопольного органа (ч.2). В этом случае каких-либо дополнительных процедур, в том числе проведения торгов, не требуется.
Таким образом, включение в программу положений о предоставлении имущественной и финансовой поддержки малому и среднему предпринимательству исключительно на конкурсной основе при наличии законодательно установленной возможности предоставлять такую поддержку с согласия антимонопольного органа без проведения торгов противоречит антимонопольному законодательству, вследствие чего п.п. 5.8 и 5.12 Программы правомерно признаны Управлением ограничивающими конкуренцию.
Суд первой инстанции пришел к выводу, что поддержка организаций, образующих инфраструктуру поддержки субъектов малого и среднего предпринимательства, оказывается органами местного самоуправления на тех же условиях, что и субъектов малого и среднего предпринимательства. Суд апелляционной инстанции посчитал указанный вывод ошибочным ввиду следующего.
Пункт 5.10.2 Программы устанавливает требование к организациям, образующим инфраструктуру поддержки субъектов малого и среднего предпринимательства, — осуществление деятельности не менее 5 лет с момента государственной регистрации.
Требования к организациям, образующим инфраструктуру поддержки субъектов малого и среднего предпринимательства, устанавливаются в федеральных программах развития субъектов малого и среднего предпринимательства, региональных программах развития субъектов малого и среднего предпринимательства, муниципальных программах развития субъектов малого и среднего предпринимательства (ч.3).
При этом ни Федеральный закон «О развитии малого и среднего предпринимательства в Российской Федерации», ни Федеральный закон «О защите конкуренции» не содержат каких-либо правил, ограничений или критериев, которые должны быть соблюдены органами местного самоуправления при установлении требований к организациям, образующим инфраструктуру поддержки субъектов малого и среднего предпринимательства, вследствие чего полномочиями по установлению таких критериев наделены исключительно органы местного самоуправления. С учетом изложенного программа в части установления требований к организациям, образующим инфраструктуру поддержки субъектов малого и среднего предпринимательства, — осуществление деятельности не менее 5 лет с момента государственной регистрации не противоречит антимонопольному законодательству, поскольку принят в пределах полномочий органов местного самоуправления.
Вывод же суда первой инстанции о том, что поддержка организаций, образующих инфраструктуру поддержки субъектов малого и среднего предпринимательства, оказывается органами местного самоуправления на тех же условиях, что и субъектов малого и среднего предпринимательства, не основан на положениях законодательства. Порядок оказания помощи субъектам малого и среднего предпринимательства в силу изложенных норм отличается от порядка оказания помощи организациям, образующим инфраструктуру поддержки малого и среднего предпринимательства.
(Постановление апелляционной инстанции от22.06.2009 по делу А68-1214/2009).

Не допускается недобросовестная конкуренция.

6. Не допускается недобросовестная конкуренция путем незаконного использования результатов интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств индивидуализации юридического лица, средств индивидуализации продукции, работ, услуг.

ООО 1 обратилось в Арбитражный суд с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы (далее Управление, УФАС) о признании недействительным решения о нарушении антимонопольного законодательства (управлением выявлен факт нарушения обществом ст.14 ФЗ «О защите конкуренции», выразившийся в продаже и введении в оборот товара с незаконным использованием результатов интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации юридического лица).
Решением Арбитражного суда заявленные требования удовлетворены.
Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, не нашел оснований для отмены либо изменения обжалуемого судебного акта.
Рассматривая спор по существу и удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего. В силу пункта 9 статьи 4 Закона № 135-ФЗ под недобросовестной конкуренцией понимаются любые действия хозяйствующих субъектов (группы лиц), которые направлены на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности, противоречат законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости и причинили или могут причинить убытки другим хозяйствующим субъектам — конкурентам либо нанесли или могут нанести вред их деловой репутации. Из приведенных норм следует, что для квалификации совершенного деяния в качестве указанного правонарушения и подтверждения его состава в действиях конкретного лица необходимо, чтобы лицо, совершившее данное деяние, являлось хозяйствующим субъектом; его действия противоречили законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости, заключались в использовании исключительного права на средства индивидуализации продукции, работ или услуг другого юридического лица, были направлены на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности; совершенные действия причинили или могли бы причинить убытки либо нанести ущерб деловой репутации другого хозяйствующего субъекта. В соответствии с п. 14.4.2 Правил составления, подачи и рассмотрения заявки на регистрацию товарного знака и знака обслуживания, утвержденных Приказом Российского агентства по патентам и товарным знакам от 05.03.2003 N 32 (далее Правила) обозначение считается тождественным с другим обозначением, если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.
В рассматриваемом случае суд первой инстанции, исследовав представленные в дело доказательства, самостоятельно проведя сравнительный анализ представленных обозначений на основании подпункта 14.4.2 Правил, а также указав на наличие у суда права на такую оценку без назначения экспертизы (пункт 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 N 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности»), указал на то, что словесное обозначение «ПОРТ ВИН» входит в состав комбинированного товарного знака, зарегистрированного ООО 2, поскольку включает в себя и изобразительный элемент (окружность с нарисованным в ней кораблем). Цвет товарного знака — зеленый, темно-зеленый, серый, коричневый, синий, голубой, белый. Изображение товарного знака ООО 2 содержится на этикетке товара.
На этикетке ООО 1 указывает на наименование товара «ПОРТВИН». Кроме того, суд первой инстанции признал, что анализ графических изображений на этикетках позволяет сделать вывод об отсутствии их сходства до степени смешения товарного знака ООО 2 и графического обозначения, используемого ООО 1, исходя из следующего: товарный знак Общества включает словесный элемент два слова — ПОРТ и ВИН, расположенные горизонтально, а на этикетке вина, выпускаемого ООО 1, изображено единое слово «ПОРТВИН», изображение расположено вертикально, имеются различия в цветовой гамме исполнения словесных элементов и стиле их написания. Кроме того, изобразительный элемент комбинированного обозначения (парусный корабль) играет существенную роль в индивидуализации товара наряду со словесным элементом. Этот элемент оригинален, его размеры превышают размеры словесного обозначения, изобразительный элемент расположен между слов ПОРТ и ВИН.
Суд первой инстанции, принимая во внимание отмеченные различия, пришел к правильному выводу о том, что словесное обозначение «ПОРТВИН» на этикетке вина, выпускаемого ООО 1, не может ассоциироваться с товарным знаком ООО 2 и ввести потребителей в заблуждение относительно товара и его изготовителя.
Кроме того, судом первой инстанции было обоснованно отмечено и то, что сам факт производства и реализации ООО 1 вина со словесным обозначением «ПОРТВИН» на этикетке угрозы, наступления таких последствий не создавал.
При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованным выводам об отсутствии сходства до степени смешения товарного знака ООО 2 и графического обозначения, используемого ООО 1 и о недоказанности Управлением наличия в действиях Общества недобросовестной конкуренции.
(Постановление апелляционной инстанции от 07.09.09. по делу А09-3461).

Запрет соглашений между органами государственной власти и местного самоуправления с хозяйствующими субъектами для совершения совместных действий.


7. Факт размещения органа местного самоуправления в непосредственной близости от хозяйствующих субъектов, осуществляющих деятельность, схожую с функциями органа местного самоуправления не означает заинтересованности последнего в создании преимуществ хозяйствующим субъектам.

Городская Дума (далее заявитель, Дума) обратилась в Арбитражный суд с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы (далее ответчик, Управление) о признании незаконным решения Управления Федеральной антимонопольной службы (управлением установлен факт наличия в действиях Главного управления записи актов гражданского состояния и Думы признаков нарушения требований, определенных в ст.16 Закона о защите прав потребителей, заключающиеся в том, что отдел ЗАГСа без законных оснований занимает помещение в здании муниципальной собственности совместно с хозяйствующими субъектами, работающими на рынке ритуальных услуг).
Решением Арбитражного суда заявленные требования удовлетворены. Суд апелляционной инстанции согласился с судебным актом, исходя из следующего.
В силу ст. 16 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ «О защите конкуренции» запрещаются соглашения между федеральными органами исполнительной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, иными осуществляющими функции указанных органов органами или организациями, а также государственными внебюджетными фондами. Согласно ч. 1 ст. 13 Закона о защите конкуренции действия (бездействие) хозяйствующих субъектов, соглашения и согласованные действия, сделки могут быть признаны допустимыми, если такими действиями (бездействием), соглашениями и согласованными действиями, сделками, иными действиями не создается возможность для отдельных лиц устранить конкуренцию на соответствующем товарном рынке, не налагаются на их участников или третьих лиц ограничения, не соответствующие достижению целей таких действий (бездействия), соглашений и согласованных действий, сделок, иных действий, а также если их результатом является или может являться, в частности, совершенствование производства, реализации товаров или стимулирование технического, экономического прогресса либо повышение конкурентоспособности товаров российского производства на мировом товарном рынке; получение покупателями преимуществ (выгод), соразмерных преимуществам (выгодам), полученным хозяйствующими субъектами в результате действий (бездействия), соглашений и согласованных действий, сделок.
В соответствии с подп. 5 п. 10 ст. 35 Федерального закона от 06.10.2003 № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» в исключительной компетенции представительного органа муниципального образования находится определение порядка управления и распоряжения имуществом, находящимся в муниципальной собственности. Согласно ст. 11 Положения о порядке распоряжения муниципальным имуществом, находящимся в собственности муниципального образования — городской округ город, утвержденного решением городской Думы, в безвозмездное пользование может быть передано движимое и недвижимое имущество, находящееся в муниципальной казне города, для целей, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности с использованием передаваемого имущества, а также в иных случаях, предусмотренных действующим законодательством (п.1). Объекты муниципального имущества передаются администрацией города в безвозмездное пользование по решению городской Думы или по результатам проведения торгов на право заключения договора безвозмездного пользования. Исходя из вышеизложенных норм и статей 28, 31 устава муниципального образования — городской округ город области суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что решение от 22.01.2009 № 02-1 вынесено Думой в соответствии с требованиями действующего законодательства в пределах предоставленных ей законом полномочий.
При этом Дума и Главное управление записи актов гражданского состояния Рязанской области являются органами соответственно местного самоуправления и центральным исполнительным органом государственной власти Рязанской области на территории Рязанской области специальной компетенции, осуществляющими полномочия, предусмотренные действующим законодательством, их деятельность не носит коммерческий характер и не связана с извлечением прибыли.
Действующим законодательством не запрещено размещение структурных подразделений органов государственной власти и местного самоуправления в зданиях, где также расположены иные хозяйствующие субъекты. Деятельность Главного управления записи актов гражданского состояния и его структурных подразделений не носит коммерческий характер, в связи с чем, у него отсутствует заинтересованность в создании преимуществ хозяйствующим субъектам, оказывающим ритуальные услуги. Обратного ответчиком не доказано.
Кроме того, из Положения о Главном управлении записи актов гражданского состояния, утвержденного постановлением губернатора области, следует, что государственная регистрация смерти является лишь одним из направлений деятельности Главного управления записи актов гражданского состояния.
С учетом этого, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что у данных органов отсутствует заинтересованность в создании преимуществ хозяйствующим субъектам, работающим на рынке ритуальных услуг.
При таких обстоятельствах основания для отмены решения суда отсутствовали.
(Постановление апелляционной инстанции от 28.09.09 по делу А54-2337).

Еще по теме:

  • Кассация в арбитражном суде Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 24 сентября 1999 г. N 13 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции" (с изменениями и дополнениями) Постановление Пленума Высшего […]
  • Юрист по судебным делам это Услуги судебного адвоката. Ведение дел в Москве Потребность в предоставлении юридических услуг в судах чаще всего продиктована необходимостью качественного оформления всех требуемых документов, включая доказательную базу, а также знание всех деталей процедуры судебного процесса. Именно […]
  • Оплатил госпошлину за общество Возможна ли оплата государственной пошлины представителем юридического лица в безналичном порядке при подаче иска в суд? В соответствии с п. 10 ст. 13 НК РФ государственная пошлина относится к федеральным налогам и сборам.Пунктом 1 ст. 45 НК РФ предусмотрено, что налогоплательщик обязан […]
  • Правила и обязанности жениха Семейные обязанности. Шуточные игры Игра направлена на то, чтобы распределить обязанности в семье. Для этого перед женихом и невестой ставят емкость, в которой находятся записки, скрученные в трубочку. Их число должно быть обязательно четным, чтобы молодым досталось поровну. Внутри […]
  • Приказ 325 от 30122008 г РАГС - РОССИЙСКИЙ АРХИВ ГОСУДАРСТВЕННЫХ СТАНДАРТОВ, а также строительных норм и правил (СНиП) и образцов юридических документов Приказ Министерства энергетики РФ от 1 февраля 2010 г. № 36 "О внесении изменений в приказы Минэнерго России от 30.12.2008 № 325 и от 30.12.2008 № 326" В […]
  • Субъектами права собственности могут быть органы местного самоуправления Право государственной и муниципальной собственности Право собственности предоставляет равные возможности всем своим субъектам. Поэтому гражданско-правовые нормы о праве собственности по общему правилу рассчитаны как на частных собственников, определяя режим принадлежащего им имущества, […]
  • Требования к пожарным насосам на судах Правило 4. Пожарные насосы, пожарные магистрали, краны и рукава 7 Пожарные рукава 7.1 Пожарные рукава должны изготавливаться из одобренного Администрацией износостойкого материала, а их длина должна быть достаточной для подачи струи воды в любое из помещений, в которых может […]
  • Как узаконить парковку возле дома Парковка машины возле дома: действие закона в 2018 году Закон о том, что каждому жильцу многоэтажки будет выделено свое место под машину, пока не принят. Разговоры об этом ведутся на самых верхних уровнях власти, но пока пригодного для подписания законопроекта не разработано. Разберемся, […]